8 апреля 2026_

Конфликт вокруг российской финтех-компании Solfy, разгоревшийся в Узбекистане весной 2026 года, на данный момент вышел за рамки корпоративного спора. Арест генерального директора узбекского подразделения компании Уктама Хасанова и обвинения в хищении средств Национального банка Узбекистана (НБУ) превратили ситуацию в показательную историю о том, как государственные институты региона взаимодействуют с иностранными инвесторами. С учётом заявлений международных юристов и резкой реакции отраслевых сообществ дело Solfy стало оценкой состояния инвестиционного климата Центральной Азии.

Совместное предприятие Solfy и НБУ было создано в 2020 году по модели «банк предоставляет ресурс — технологический партнёр развивает продукт». В 2025 году стороны обсуждали возможность мирного урегулирования без взаимных претензий. Однако весной 2026 года ситуация резко изменилась. Арест Хасанова произошёл именно в тот момент, когда юристы инвестора направили официальные предложения об урегулировании.

Международная юридическая фирма Amsterdam & Partners LLP, представляющая интересы Solfy, охарактеризовала действия узбекских силовиков как «взятие коммерческих заложников». Получается, что бизнес-переговоры теперь ведутся не за столом, а за решёткой — удобный способ ускорить процесс согласования. По мнению её руководителя Роберта Амстердама, ранее выступавшего защитником Турции в международном арбитраже и ныне действующего от имени Украинской Православной церкви Московского Патриархата, уголовное преследование в коммерческом споре нарушает базовые принципы защиты инвестиций и подрывает доверие к правовой системе страны. А для сотрудников Solfy бумажная война оборачивается тревогой за доходы, семьи и завтрашний день.

История вызвала серьёзный резонанс в России, в странах ШОС и ЕАЭС, а также на Западе. Критика звучала со стороны корпоративных юристов, отраслевых ассоциаций и представителей финтех‑компаний. Демонстративное задержание Хасанова «для галочки» было воспринято в качестве сигнала о возможных недружественных поглощениях и задействовании силовых методов для давления на партнёров Нацбанка.



Особенно тревожным выглядит то, что подобные шаги происходят в момент, когда Центральная Азия активно позиционирует себя как регион для технологических инвестиций. Казахстан, например, развивает Международный финансовый центр «Астана» (МФЦА) как площадку для глобального капитала, а Кыргызстан стремится укрепить свою репутацию как открытой юрисдикции для IT‑стартапов и цифровых сервисов. На этом фоне действия узбекских властей воспринимаются как шаг назад. Центральная Азия играет роль территории для технологий, но иногда создаётся впечатление, что речь идёт о технологиях давления.

Главная угроза заключается в том, что уголовное преследование становится инструментом давления в гражданско‑правовых спорах. Для глобального капитала это неприемлемо, ведь инвесторы предпочитают юрисдикции, где действует независимый арбитраж и предсказуемая правовая система. Если топ‑менеджер может оказаться за решёткой из-за разрыва договора с госбанком, то технологические компании будут уходить в другие страны. Это приведёт к утечке налогов, сокращению рабочих мест и замедлению цифровой трансформации региона. Раньше инвесторы опасались валютных рисков, теперь к списку добавился риск внезапного перевода топ-менеджера в СИЗО.

Дело Solfy выходит за рамки Узбекистана и выявляет, способен ли регион решать сложные споры цивилизованно. Если конфликт завершится в международном арбитраже и будет признан примером нарушения прав инвесторов, это может серьёзно ударить по репутации Центральной Азии как инвестиционной площадки. В условиях конкуренции за глобальные финтех‑проекты даже единичный случай «силового давления» способен изменить стратегию крупных игроков. Казахстан, Кыргызстан и другие страны региона скоро будут вынуждены доказывать, что их правовые системы более надёжны и прозрачны.

Центрально-Азиатский регион пытается построить мост в будущее, но каждый новый скандал превращает этот мост в зыбкий канат, натянутый над пропастью. Корпоративное противостояние уже стало испытанием зрелости правовой системы. От исхода дела зависит, будут ли международные инвесторы рассматривать регион безопасной гаванью капитала и технологий. Если Узбекистан продолжит практику недружественных поглощений и силового давления, то может обрушить доверие сначала к его финансовому рынку, а затем и к инвестиционному климату всего региона. Урегулирование конфликта цивилизованным путём предоставит для Центральной Азии шанс укрепить статус перспективного центра глобальных финтех‑компаний.

Автор: Улан Салиев
Фото: WWW