28 августа 2026_

Итоги недавнего неформального саммита глав государств Центральной Азии показали стремление стран региона к более тесной координации в вопросах безопасности. Лидеры подчеркнули важность совместного реагирования на транснациональные угрозы — от экстремизма и терроризма до киберугроз и наркотрафика. Для Кыргызстана это особенно актуально: страна находится в центре региона и играет роль связующего звена, поэтому укрепление доверия и развитие механизмов обмена информацией становятся ключевыми задачами. Важным сигналом стало согласие государств на расширение практических шагов по совместным учениям и укреплению пограничного контроля, что формирует основу для коллективной устойчивости. Предстоящий саммит ШОС в Кыргызстане открывает новые возможности для интеграции региональных инициатив в более широкий международный контекст. В рамках ШОС вопросы безопасности традиционно занимают центральное место, а участие стран Центральной Азии в этих процессах позволяет им усиливать собственные позиции и формировать единый голос на международной арене. Совместные инициативы в борьбе с терроризмом, экстремизмом и киберугрозами становятся важным элементом региональной политики, укрепляя доверие между государствами и создавая условия для более устойчивого развития.

Интеграционные процессы в сфере обеспечения региональной безопасности с учетом итогов неформального саммита глав государств ЦА и предстоящего саммита ШОС обсудили участники круглого стола: «Новые контуры региональной безопасности: от центральноазиатской интеграции до ШОС», организованного ЦЭИ «Ой Ордо».

Как отметил директор ЦЭИ «Ой Ордо», политолог ИГОРЬ ШЕСТАКОВ, вопрос обеспечения региональной безопасности и сохранения стабильности особенно актуален в условиях геополитических кризисов, нарастающих военных конфликтов и общей нестабильности в мире, несмотря на то, что на этом фоне Центральная Азия пока продолжает оставаться одной из наиболее стабильных зон.

— В последние годы именно стабильность позволила нашему региону сменить статус политической периферии на статус ключевого геополитического игрока. Об этом свидетельствует активное развитие форматов «Центральная Азия плюс». К примеру, сегодня сотрудничество развивается не только в формате «Европейский союз — Центральная Азия», но и на уровне отдельных государств, таких как Германия или Италия. Инициаторами таких встреч сейчас выступают не только ведущие мировые государства, но и, например, Афганистан. Также мы видим стремление к максимальному сближению с центральноазиатской пятеркой со стороны Азербайджана, — отметил эксперт.

Вместе с тем он обратил внимание, что остаться в стороне от военных конфликтов Центральной Азии не удается. Бомбардировки инфраструктуры маркетплейсов Wildberries, а в последние дни уже и Ozon на территории Российской Федерации — это тот случай, когда война, в первую очередь, в экономическом формате ударила по многим кыргызстанцам.

— Ведь только на площадке Wildberries работало более 30 тыс. бизнесменов из нашей страны. Мы видели видеокадры, как кыргызстанцы спасаются от обстрелов БПЛА на склады маркетплейсов в российских городах. Да, наша страна провозгласила нейтралитет по отношению к российско-украинскому конфликту, но складывающееся ситуация показывает, что даже если государство не присутствует в глобальном военном конфликте, его последствия все равно доходят до граждан и приводят к серьезным финансовым потерям. Во флагманской для кыргызского экспорта швейной отрасли, где занято более 200 тысяч граждан КР, из-за бомбардировок Wildberries потери оцениваются уже в миллиарды сомов. Данная повестка находится на контроле правительства КР. Однако возникает вопрос: что мы можем сделать, чтобы защитить наших граждан и нашу социально-экономическую систему от последствий глобальных конфликтов?

Недавно я принимал участие в качестве спикера в традиционной международной конференции в Алматы «Школа политологов», где собрались представители экспертного сообщества стран Центральной Азии, Азербайджана и Грузии. Сквозной темой конференции стала безопасность региона и вопрос о том, кто может выступать ее гарантом. Именно такой вопрос мне был задан коллегой из Китая: являются ли ШОС или ОДКБ сегодня тем самым гарантом безопасности ЦА? Мой ответ был в контексте тех событий, которые были связаны с террористическими угрозами и приграничными конфликтами. В 1999 году, когда в Баткенский район Кыргызстана вторглись боевики Исламского движения Узбекистана, первая военно-техническая помощь была оказана по линии ОДКБ. Когда у нас были военные конфликты в 2021–2022 годах с Таджикистаном, фактически единственные площадки, где мы могли дискутировать с нашими таджикскими коллегами, создавались Россией, в этой связи я хочу выразить признательность российскому Фонду Горчакова. Да, тогда мы спорили, у нас были разные точки зрения, но главное это все происходило в формате диалога. По линии ШОС, к сожалению тогда подобных дискуссий организовано не было. Экспертные институты извлекли уроки из тех драматических событий, не случайно стал проводиться Ферганский форум мира. ШОС в данном направлении тоже должна выработать свою аналитическую повестку работы.

Властям Кыргызстана и Таджикистана удалось выработать модель разрешения длительного и серьезного пограничного спора, который в определенный момент перерос в военные действия, и она может быть моделью урегулирования такого рода конфликтов для всей ШОС. И это один из ключевых элементов, о которых сегодня можно говорить как о новом контуре региональной безопасности, достигнутых, в том числе в рамках Организации договора коллективной безопасности, поскольку два государства входят в состав этой организации. За последние 5-6 лет в соцсетях и СМИ стало гораздо больше критики в адрес ОДКБ. Одна из основных причин, на мой взгляд, заключалась в достаточно слабой экспертной и информационной работе исполнительных структур организации. Но с приходом на пост Генерального секретаря Таалатбека Масадыкова уже заметны изменения в плане создания специальных аналитических платформ и увеличения количества экспертных площадок. Однако это только начало пути.

На фоне политических «акробатических» номеров Николы Пашиняна в отношении ОДКБ, медиа и эксперты Центральной Азии, к сожалению, не много внимания уделяют инициативе лидера Беларуси Александра Лукашенко в подготовке Евразийской хартии. Эта инициатива касается не только установления принципов многополярности, реализация которых на всем континенте приведет к более безопасной, стабильной и процветающей Евразии, но и к выходу за пределы региона с целью установления партнерских отношений с другим мировым сообществом.
Организаций, которые декларируют региональную безопасность, становится все больше. Вот уже появился и «исламский НАТО», в состав которого вошли Пакистан, Турция и Саудовская Аравия, подписавшие «Мекканское соглашение о совместной обороне». Но еще не успели высохнуть чернила под этим соглашением, как хуситы ударили по инфраструктуре Саудовской Аравии. На фоне полной тишины со стороны Исламабада и Анкары по этому вопросу в экспертном сообществе Турции появилась определенная ирония — аналитики расценили данные договоренности, как политический пиар и не более того, поскольку нет институционализации и нет конкретных инструментов обеспечения безопасности, — подчеркнул И. Шестаков.

В свою очередь политолог-синолог АЙБОЛОТ АЙДОСОВ обратил внимание на вопросы, касающиеся угроз со стороны Афганистана, отметив, что на его территории постоянно происходят стычки и конфликты, особенно на севере страны — в приграничной с Таджикистаном зоне.

— Там даже было нападение на китайских рабочих. Это вызывает большую тревогу у Центральной Азии и наших партнеров, в том числе у Российской Федерации. Россия всячески пытается контролировать миграционные потоки, чтобы на ее территорию не проникали представители радикальных религиозных группировок, которые могут создавать определенные риски для безопасности. Но в то же время Российская Федерация, несмотря на свою мощь, огромную силу и большое количество людей, которые ее поддерживают по всему миру, сегодня очень сильно теряет вес, в том числе в плане безопасности. Своих ресурсов у нее не хватает, потому что она взяла на себя очень большую ответственность, считая себя преемником Советского Союза. А мы, представители стран, которые раньше находились в одном составе, сегодня, к сожалению, столкнулись с необходимостью обеспечения собственной безопасности самостоятельно. Россия сейчас находится в конфликтной ситуации с Украиной и проводит специальную военную операцию. И, как уже говорилось, последствия этого конфликта затрагивают и экономические направления — Wildberries, Ozon и другие сферы. Поэтому мы должны серьезно задуматься о том, как будем сами обеспечивать свою безопасность, — отметил спикер.

По его словам, раньше эти вопросы пыталась эффективно решать ОДКБ. Но на фоне последних событий, наверное, ей будет сложнее делать это на том же уровне.

— И мы, возможно, не заметили еще один важный момент: сегодня Китайская Народная Республика не только начинает доминировать в Центральной Азии в экономическом формате, но и постепенно заходит в другие направления, в том числе в вопросы безопасности. Причем вопрос безопасности для Китая даже более приоритетен, чем для нас. Во-первых, в Кыргызстане они строят железную дорогу Китай — Кыргызстан — Узбекистан. Для Китая это вопрос стратегической безопасности. События, которые произошли в Ормузском проливе, показали рисковые точки, где даже партнеры могут создавать определенные угрозы. Поэтому Китай все больше внимания уделяет сухопутным путям, чтобы его товары могли доставляться на богатые рынки Европы и Персидского залива. Если Китай не сможет обеспечить безопасность и проходимость транспортных маршрутов, это будет серьезной проблемой для его экономики и амбиций. Поэтому вполне можно ожидать, что безопасность этой железной дороги будет находиться под особым контролем. Возможно, это не всегда будет происходить официально, но, думаю, тщательный мониторинг с китайской стороны будет вестись.

Политический аспект для Китая тоже очень важен. Зачем им регион, где происходят бунты, революции и протесты? Поэтому и в этом направлении, я думаю, они проводят большую работу. Например, сейчас около десятка известных кыргызстанских блогеров находятся в Гуанчжоу. То есть Китай работает и в информационном направлении, формируя позитивный образ страны. Экспертное сообщество — от молодых экспертов до старших — сегодня системно участвует в конференциях и других мероприятиях в Китае. Получается комплексный подход. Это огромная сила и реальность, которую мы должны принимать. Мы либо принимаем ее, либо продолжаем считать, что невозможно дальнейшее продвижение Китая. Но вопрос в том, как мы будем с ним работать? Как мы можем защищать и отстаивать свои национальные интересы в этой игре с КНР? Нам нельзя оказаться в ситуации, в которой оказались некоторые другие государства. Нужно изучать опыт других стран и понимать возможные риски.

Китай — это неизбежность. Россия сегодня сама считает Китай своим главным стратегическим партнером. Поэтому нам тем более нужно понимать масштаб этого государства и выстраивать с ним отношения. Конечно, мы можем говорить о древности кыргызской цивилизации. Омурбек Текебаев вчера на конференции, презентуя книгу, сказал, что кыргызской, кочевой цивилизации около 4000 лет и мы имеем полное право общаться с Китаем практически на равных, потому что наша культура не менее древняя. И я с этим согласен. Кыргызская культура действительно древняя, и у нас есть, на что опираться в прошлом. Но в современном мире Китай — это огромная сила. Это можно сравнить с огромным ветром. И нам сейчас нужно строить не заборы, а мельницы — превращать этот ветер в энергию, в силу и использовать его. Реальность такова, что нам реально необходимы «новые контуры региональной безопасности». Можем ли мы сами обеспечить свою безопасность, когда существуют такие угрозы, как Афганистан, терроризм и другие регионы, которые не заинтересованы в том, чтобы здесь сохранялась стабильность? Вот где ШОС действительно может дать ответ. Там собрались очень сильные государства с ядерным потенциалом. И если правильно выстраивать отношения с ними, наш регион сможет чувствовать себя более спокойно.

Здесь, на мой взгляд, как человека, живущего в этом регионе, очень важную роль играет внутренняя слаженность Центральной Азии. И было очень правильно, когда в Чолпон-Ате собрались президенты стран Центральной Азии и попытались в преддверии ШОС выработать собственную стратегию взаимодействия с другими государствами-членами шанхайского объединения. Это было мудрое и правильное решение. Таких встреч должно становиться больше. Мы уже самостоятельные страны и самостоятельный регион. Поэтому должны проводить собственную внешнюю политику, которая будет отстаивать интересы, как всего региона, так и отдельных государств. Эта игра в прошлое — вспоминать, какой раньше была Coca-Cola, как все было лучше, — в современном мире превращается в инструмент для манипуляции. А реальность очень простая: сейчас выходишь на улицу — бензин дорогой. Какими бы мы ни были друзьями и родственниками, наши партнеры вынуждены поднимать цены. Не потому, что хотят этого, а потому что самим не хватает ресурсов. И нам нужно искать новые возможности и новых союзников, — поделился мнением А. Айдосов.



На тот факт, что Турция присутствует и в Мекканском альянсе, и в ОТГ, реализуя задачи своих партнеров по НАТО, обратила внимание замдиректора ЦЭИ «Ой Ордо» НАТАЛЬЯ КРЕК.

— Если «Мекканское соглашение» заключено при одобрении США, то например, ОТГ — это проект, который реализуется при непосредственной поддержке Британии. И в том, и в другом проекте активным участником является Анкара. Альянс, созданный в Мекке, пока сложно анализировать, т.к. он создан буквально на днях, а вот в контексте Организации тюркских государств уже есть, о чем подумать. Прежде всего, надо отметить, что турецкая общественность не тяготеет к интеграции с народами Центральной Азии на основании тюркской идентичности, более того, эти вопросы вообще не являются частью внутренней повестки Турции, в отличие от других стран организации, где эта тематика активно насаждается местным сообществам. ОТГ и как элемент расширения ее потенциала — создание военного или оборонительного компонента в рамках организации в турецком обществе не обсуждается, что свидетельствует о том, что это исключительно внешнеполитический и внешнеэкономический проект Эрдогана и его команды, который реализуется при участии европейских наставников. При этом у британцев свои цели, у турков свои, —отметила спикер.

По ее словам, Анкара через ОТГ намеревается улучшить свое экономическое положение за счет наращивание экспорта своей продукции, в том числе ВПК на новые рынки.

— Возможно, этот фактор и является причиной того, почему Россию, несмотря на тюркское происхождение многих населяющих ее народов, не приглашают в ОТГ. Вряд ли Турция может рассматривать Россию, как потенциального покупателя своей военно-промышленной продукции. При этом можно услышать, что, например, Татарстан и Башкирия могут стать членами Организации, когда выйдут из состава РФ. А это уже плоскость интересов Британии, целью которой является развал России. По мнению экспертов, лоббирование идеи создания тюркского военного союза — это не более чем попытка навязать республикам ЦА продукцию ВПК турецкого производства. Однако это не отвечает их потребностям. Во-первых, у Турции достаточно узкая номенклатура оборонного производства. Во-вторых, турецкий ВПК зависим от высокотехнологичных комплектующих, которые поставляются из более высокоразвитых стран Европы и Азии. В-третьих, турецкая военная продукция имеет не самую хорошую репутацию. Например, те же «Байрактары» в украинском конфликте показали себя не с самой лучшей стороны.

Для государств-членов ОДКБ гораздо более перспективной является опция приобретения более современных и эффективных БПЛА российского производства, тем более, что членство в организации предоставляет серьезные скидки и льготы при покупке ВВТ. На сегодняшний день перевооружение ОДКБ — важный приоритет российского председательства в организации. ОДКБ является примером мягкого сотрудничества, где объединяющим моментом является общая заинтересованность ее участников в сохранении стабильности на общем евразийском пространстве. Это особенно актуально на фоне роста международной турбулентности и обострения борьбы Запада с Востоком за сохранение мирового лидерства, поскольку, так называемый цивилизованный мир не готов с построению нового миропорядка, в основе которого лежит многополярность. Ради сохранения статуса-кво США и Европа готовы дестабилизировать все новые и новые регионы, при этом они не избирательны в применении средств давления на политическое руководство суверенных государств.

Новое измерение в зоне ответственности ОДКБ принимает проблема информационной безопасности, т.к. отсутствие механизмов регулирования в данной сфере создает риски масштабных манипуляций общественным сознанием со стороны внешних игроков, которые действуют, опираясь на свои собственные геополитические интересы. Важно отметить, что в 2026 году по линии было предусмотрено проведение 60 различных мероприятий, в том числе совместных командно-штабных и специальных учений на территории Беларуси, Казахстана, России и Таджикистана. Такая активность опровергает заявления скептиков, говорящих о неэффективности ОДКБ в условиях перераспределения российской стороной средств и ресурсов на украинское направление.

Исходя из этого можно предположить, что попытки превратить OTГ в тюркский военный блок не имеют перспектив. Тем более, что есть и другие факторы, которые нельзя игнорировать. Один из них — членство Турции в НАТО, тогда как Казахстан и Кыргызстан состоят в ОДКБ, а Азербайджан и Туркменистан участвуют в Движении неприсоединения и формально не могут на этом основании вступать в военные альянсы. Кроме того для стран ЦА военное сотрудничество в рамках ОТГ несет больше рисков, чем преимуществ. В случае формирования некоего тюркского военного блока последует незамедлительная негативная реакция от крупнейших партнеров региона в лице РФ и КНР, — добавила Н. Крек.

Мысль о том, что Мекканское соглашение было подписано под протекторатом США, поддержал историк, системный аналитик БАКТЫБЕК САИПБАЕВ. По его словам, Трамп ведет себя как Мальчиш-Кибальчиш — «разворошил осиное гнездо», а потом просто переложил ответственность за развитие ситуации на другие плечи.

— На Ближнем Востоке сегодня черт ногу сломит. Не понятно, кто за кого или против кого играет, кто кого поддерживает. 7 августа в Мекке было заключено соглашение между Саудовской Аравией, Турцией и Пакистаном. Трамп лично его одобрил. Поэтому утверждать, что этот союз будет против Америки нелогично — с чего бы тогда президенту Америки его одобрять? Пакистан является единственной официальной ядерной державой. США, как декларируется, планирует передать Саудовской Аравии какие-то технологии, правда, пока не понятно какие именно, возможно, ядерные. У Турции свои интересы – с одной стороны возродить неоосманизм, с другой стороны поднять экономику. При этом Анкаре необходимо снять усиливающуюся напряженность с Кипром, связанную с вопросом богатых углеводородами спорных территорий. При этом ее самые главные противоречия, мне кажется, все-таки с Израилем, и они все-таки могут столкнуться в районе Сирии, — поделился мнением спикер.

При этом он подчеркнул, что особенностью Мекканского соглашения является приглашение присоединиться к нему, которое получил Иран.

— И тут возникает вопрос, как к этому отнесется США, согласовано ли это с Вашингтоном? Или Штаты хотят как-то пристегнуть Иран и уладить обстановку? В общем, там целый клубок различных интересов. Поэтому сейчас вряд ли можно сказать что-то однозначное по поводу Мекканского соглашения: хорошо это или плохо для глобальной и региональной безопасности, насколько это жизнеспособное объединение. Как говорится, поживем — увидим. Но если говорить о ШОС, для Китая это будет лишний повод усиливать сухопутные, континентальные транспортные коридоры, — отметил аналитик.

В контексте вопроса о роли Кыргызстана в обеспечении региональной безопасности в укреплении стабильности эксперт подчеркнул, что Кыргызстан — маленькая республика, но ее авторитет за последние годы значительно вырос.

— Во-первых, мы сейчас встречаем такое большое, важное событие, как саммит ШОС. Во-вторых, хоть и не постоянным, но все равно членом Совета Безопасности ООН нас избрали. И это очень важно в том плане, что мы можем более ясно говорить о тех проблемах, которые мы видим. Кроме того мы сейчас очень хорошо представлены в ОДКБ. Генеральным секретарем Организации Договора о коллективной безопасности сейчас является Таалатбек Масадыков. Но ему сейчас очень тяжело, потому что организация претерпевает достаточно тяжелый кризис, в том числе из-за действий Н. Пашиняна, который заморозил участие Армении в объединении. Вероятно, будет ставиться вопрос даже о том, чтобы исключить ее из ОДКБ.

Лично я считаю, надо подождать, потому что исключить — это всегда можно, а потом включение гораздо сложнее. И надо больше все-таки думать о том, что есть такие страны, которые были бы очень нужны в Организации Договора о коллективной безопасности. Я имею в виду в первую очередь тот же Узбекистан. Нам надо быть настороже. Никто не гарантирует, что события наподобие Кантара в Казахстане не повторятся.
Что касается Шанхайской организации сотрудничества, то лично я поддерживаю мысль о том, что в рамках ШОС необходимо усилить военно-политический аспект сотрудничества. Хотим мы этого или нет, потому что международная напряженность сильно растет. Недавно в Анкаре прошел саммит НАТО, на который мало обращают внимания и мало говорят, но на мой взгляд, это было очень важное мероприятие, поскольку оно показало, что сегодня Североатлантический альянс фактически переходит совершенно на иной уровень сотрудничества. Речь идет, как об объединении военно-промышленных комплексов стран Западной Европы, чтобы полностью интегрировать их с военно-промышленным комплексом США, так и полной стандартизации требований к вооружению. Т.е. Трамп хочет, чтобы все страны Европы платили исправно по 5% из бюджета и давали заказы именно военно-промышленному комплексу США. Навряд ли Трамп даст такую возможность, особенно западноевропейским странам, реализовывать какие-то свои проекты — строить свои самолеты, танки, я уже не говорю о более современных видах вооружения. В первую очередь это ракеты, БПЛА. Уже наступает период военной робототехники, появляется лазерная техника. В общем, мы присутствуем в очень интересном моменте, когда все это будет обкатываться. Не исключено – на территории Украины, что-то из новых видов оружия Штаты попытаются обкатать, допустим, и в Иране. Я не исключаю и вероятности, что США самостоятельно или вместе с Израилем опять могут начать какие-то военные действия против Ирана.

Поэтому, конечно, нам всем надо думать о безопасности, надо усиливать сотрудничество в области безопасности внутри стран бывшей советской Средней Азии, и в рамках Центральной Азии т.е. включая уже и Афганистан. Поскольку, наши, как бы, «друзья» в кавычках, особенно представители западных спецслужб будут всячески пытаться нагнетать напряженность не только на Украине. Велика угроза для Южного Кавказа. И на Каспии возможно повышение напряженности. Я уже не говорю про Ближний Восток, Иран и все страны Персидского залива.
И в любой момент это может перекинуться и в наш регион, поскольку мы помним, что лагеря международных террористов на севере Афганистана как сидели, так и сидят на границе Таджикистана, и в любой момент по команде «фас» могут направиться к нам. Ну и, конечно, вот эти варианты создания нестабильности как у нас, как в Казахстане, так и в Узбекистане нельзя исключать. Поэтому надо держать ухо востро. И китайским товарищам тоже надо к этому относиться очень внимательно, потому что в долгосрочных планах есть намерение подключить к этим процессам уйгурских сепаратистов, — добавил Б. Саипбаев.

По словам эксперта ИСАП при КРСУ, внешнего эксперта НИСИ МАРАТА АБДЫЛБАЕВА, тот факт, что юбилейный саммит проходит в такое непростое время именно в Кыргызстане, это положительный знак для республики.

— Я думаю, его проведение — это возможность или шанс для развития нашей страны. Все сегодняшние проблемы имеют корни в экономической сфере, еще марксисты говорили, что пределы роста неизбежны, и из-за этого возникают все мировые конфликты, и кризисы — в 1971 году, потом в 1997, 2000, 2008 годах. Сейчас уже Ларри Финк и Клаус Шваб заявили, что нынешняя мировая экономика уже скатилась в финансовый пузырь, финансовую спекуляцию, поэтому она тормозит реальную экономику, которой уже некуда расти. И тогда возникает желание форс-мажора. И в этой связи можно условно говорить помимо региональных конфликтов о глобальном противостоянии Востока и Запада. Поэтому сейчас, когда мир, созданный по лекалам, по модели запада — в его экономическом и политическом выражении — столкнулся с кризисом, многие государства, прежде всего, лидеры стран ШОС пытаются найти новую основу, чтобы в такие сложные времена обеспечить свою безопасность и создать фундамент для будущего экономического развития, несмотря на все риски. И в этой связи, касаясь Кыргызстана, я думаю, что наша республика, несмотря на то, что у нас маленькое государство, может генерировать идеи, в том числе политического плана, потому что приходится менять и управленческую структуру и внутри государств, а не только в плане межгосударственных и международных отношений. Фактически финансализация затронула и политику, и миграцию, и демографию. Поэтому нужно какие-то реформы проводить.

В Кыргызстане есть хорошие эксперты, которые предлагают прекрасные идеи по государственному управлению и развитию, и Кыргызстан может и генерировать идеи и становиться площадкой для размещения тех же международных финансовых институтов, и это будет нейтральная площадка и для Китая, и для России, и для Индии, — подчеркнул М. Абдылдаев.

В тоже время, по его словам, Кыргызстан мог бы стать индикатором того, насколько такие международные организации, как ШОС, например, правильно развиваются. Если учитываются интересы малых государств, то, значит, эти организации движутся в правильном направлении.

В свою очередь советник Посольства РБ в КР ВИТАЛИЙ СЕМАШКО выразил мнение, что ШОС — прежде всего экономика, и для нее вопросы безопасности не могут быть первостепенными.

— Я считаю, что Кыргызстан достойно председательствует в Шанхайской организации сотрудничества. Сейчас идет подготовка к саммиту глав государств Организации, который я уверен также пройдет на высоком уровне. Очень интересно будет посмотреть на двусторонние встречи глав государств, который пройдут в рамках саммита, где как раз и будут обсуждаться всесторонние аспекты сотрудничества, включая безопасность. А в ШОС, наверное, важнее все-таки развивать экономическую составляющую, которая как раз с подачи Кыргызской Республики стала лучше продвигаться. Это очень важно и для Беларуси, т.к. мы заинтересованы в экономическом развитии организации, с учетом того, что мы совсем недавно в нее вступили, в том числе и благодаря поддержке Бишкека. И нам очень интересны все экономические инициативы кыргызской стороны в рамках ШОС, мы их всячески поддерживаем. Что касается вопросов безопасности, они у нас в целом решаются в рамках ОДКБ. Организация достаточно успешно функционирует. Да, есть нюансы, связанные, в том числе с ее отдельными членами, которые рассматривают свое участие. Но в целом, судя по тенденциям, судя по динамике, которая наблюдается в рамках организации, ОДКБ — очень мощный и самый перспективный игрок на евразийском пространстве, поэтому мне кажется, что ее членам важно усиливать совместную работу и тем самым усиливать саму организацию, — подчеркнул дипломат.

Для Кыргызстана проведение саммита имеет особое значение: страна получает возможность подчеркнуть свою роль как площадки диалога и посредника между различными интересами. Включение региональных инициатив в общую архитектуру безопасности ШОС открывает путь к созданию комплексных механизмов, где национальные усилия будут дополняться коллективными решениями, обеспечивая баланс между внутренними приоритетами и внешними вызовами.

Автор: Ирина Гасникова
Источник и фото: ЦЭИ «Ой Ордо»