31 января 2026_

Центральная Азия сталкивается с вызовами и возможностями, возникающими на пересечении геополитической турбулентности и международной конкуренции за невозобновляемое сырьё.

Экономические перспективы ЦА в условиях геополитической турбулентности и международной конкуренции на рынке не возобновляемого сырья обсудили участники круглого стола: «Глобальные тренды Центральной Азии: от обеспечения безопасности до добычи критически важных минералов». Мероприятие было организовано ЦЭИ «Ой Ордо» в партнерстве с Советом по устойчивому развитию в условиях изменения климата при спикере ЖК КР.

Глобальные тренды усиливают геополитическую конкуренцию в Центральной Азии, такое мнение озвучил независимый эксперт в сфере экономики и госуправления АЛМАЗ НАСЫРОВ.

— Новая ресурсная гонка за критическими минералами в условиях цифровой интеллектуальной экономики и энергетического перехода стимулируют трансформацию ЦА из периферийного региона в ключевого игрока на глобальной ресурсной карте, где управление стратегическими минералами становится центральным элементом национальной безопасности и экономического развития, сопряженным с рисками и возможностями усиления внешнего влияния сильных держав, — сказал А. Насыров.

По словам спикера, в последнее время наблюдаются попытки сделать из «тихой» Центральной Азии активный регион.

— Сегодня это вопрос не просто экономики, а геоэкономики, в котором просматриваются признаки переформатирования экономических смыслов, — уточнил А. Насыров.

Не случайно на форуме в Давосе обозначены обновленные ключевые индикаторы экономического развития. Снова актуализировалась индустриальная ресурсная экономика, которая требует переосмысления деятельности ключевых участников мирового экономического процесса. Изменение стандартов энергетического развития, переходы к зеленой, цифровой и интеллектуальной экономике ускорили повышение спроса на критические минералы. Он подчеркнул, что с учетом стремления к ускорению развития национальных экономик позиция стран ЦА будет направлена на то, чтобы активизировать добычу и интегрироваться в мировые экономические институты. Но, с другой стороны, возникает дилемма о сохранении суверенитета и защиты национальных интересов.

— В зависимости от потенциала страны, ее размеров и от интегрированности в мировые сообщества, возникает потребность в переформатировании экономической политики и достижения максимальной эффективности ресурсопользования. Что касается разработки и перспектив развития в сфере использования или добычи критических минералов в Центральной Азии, то, безусловно, лидером здесь является Казахстан, с точки зрения ее инфраструктурной проработанности, технологического опыта и условий выхода на глобальные рынки. Значительными запасами критических минералов обладает Монголия, при этом с точки зрения технологий, инфраструктурных решений она ограничена. Примерно такая же ситуация, как в Кыргызстане.

Выходит, освоение критических ресурсов имеет объективные ограничения для малых стран. Преимущественно, в процессы освоения могут быть вовлечены страны, сильные в технологиях и инвестиционных возможностях. Но стоит поднять вопрос, насколько это полезно для нашей страны, и сможем ли правильно это использовать? Здесь надо придерживаться прагматичной позиции, насколько это будет выгодно сделано для страны. В этом контексте, требуется разработка качественной инвестиционной модели, экономической инфраструктуры и, самое главное — адаптация экономической операционной модели. Т.е. если сегодня мы хотим интегрироваться и жить по меркам глобального мира, соответственно, требуется, вхождение в различные мировые институты, мировые финансовые структуры и определения роли и возможностей участия той или иной маленькой страны, к примеру. Как бы не повторилась ситуация с Кумтором, которая вначале пути не работала в интересах страны. Если рассматривать Кыргызстан с точки зрения стратегических ориентиров, буквально недавно была принята программа развития страны, соответственно, она прорабатывалась тщательно, при этом резкое изменение мировых геополитических тенденций требует адаптации принятых планов под новые геополитические и геоэкономические реалии.

Сегодня, мировая экономика в целом требует пересмотра своей инфраструктуры и обновления инструментария решений. Связана ли это с климатом, другими глобальными вопросами или турбулентностью, таким как кризис институтов международного права (кейс Венесуэлы, притязания на Гренландию), мировая экономика толкает малые страны к поискам альтернативных путей интеграции в глобальную сетку экономических взаимоотношений. Фактически это значит, что в мире идет переформатирование понимания самой сущности экономических институтов и сопряжения с вопросами суверенитета или игры по правилам «глобальных объединений» или стран. Право за лидерство будет порождать сейчас новые парадигмы, которые будут требовать решения институциональных вопросов. Отсюда, наличие критических ресурсов это есть хорошо, но здесь глубоко стоит подумать, насколько страна готова стать частью глобальной цепочки и какие бенефиты может извлечь для себя, — подытожил А. Насыров.

В свою очередь экс-депутат ЖК КР, соучредитель ОФ «Евразийское поколение» ЕВГЕНИЯ СТРОКОВА отметила, что повышенный интерес к Средней Азии в целом и Кыргызстану в частности со стороны мировых лидеров — дело понятное и закономерное, тем более в свете международных конфликтов и построения нового миропорядка.

— Сейчас мы постоянно слышим, что кто владеет Средней Азией, тот владеет миром. Ну а наша страна находится в самом сердце региона. Надо отметить, что со стороны геополитических игроков сделано не мало ошибок по отношению к Кыргызстану. И сегодня каждый из них, учитывая ошибки конкурентов, продвигает здесь свои интересы. Разница в том, что есть игроки, которые стремятся к обоюдной выгоде обеих сторон, соблюдая уважение по отношению к суверенитету нашей страны, а есть те, которые напротив, хотят, если можно так сказать, поглотить наш суверенитет и сделать нашу страну марионеткой, — рассказала Е. Строкова.

По ее словам, географическое расположение Кыргызстана, который граничит с Китаем, Казахстаном, Узбекистаном и Таджикистаном, создает для него уникальные возможности для развития транспортной инфраструктуры и торговли. Однако также возникают и риски, связанные с нестабильной ситуацией в регионе и конкуренцией крупных держав за влияние.

— Международная гонка за стратегическими ресурсами оказывает значительное влияние на экономику Кыргызстана. Страна обладает значительными запасами полезных ископаемых, включая золото, серебро и редкоземельные металлы. Эти ресурсы привлекают внимание крупных компаний и государств, стремящихся обеспечить свою энергетическую безопасность и технологическое превосходство. Но как говорил Ленин, политика — это концентрированная экономика, поэтому ресурсный потенциал нашей страны может быть, как возможностью, так и риском — риском быть вовлеченными в мировой конфликт в качестве расходного материала, Украина тому пример, — поделилась мнением экс-парламентарий.

В этой связи она подчеркнула, чтобы говорить о том, какие форматы сотрудничества выгодны для Кыргызстана и стран региона с точки зрения обеспечения ресурсного суверенитета в 2026 году, нужно рассмотреть и оценить позиции ключевых конкурирующих сторон. А это Брюссель, Вашингтон, Лондон, Москва и Пекин.

— Взаимодействие с Вашингтоном для Бишкека — в теории это шанс получить доступ к передовым технологиям и инновациям США. Однако, этот шанс крайне не велик, учитывая, что американская сторона не заинтересована в том, чтобы делиться своими технологиями. Высокотехнологичные производства они предпочитают размещать исключительно на своей территории. Если говорить про доступ к мировым финансам и поддержку со стороны международных финансовых институтов, таких как Всемирный Банк и МВФ, то здесь также возникает вопрос — какие выгоды, кроме политического давления и в какой-то степени даже шантажа наша страна получает от такого сотрудничества? Сколько из полученных кредитов и грантов мы используем для реального развития нашей национальной экономики?

Западные эксперты также говорят о том, что переориентирование внешнеполитических векторов в сторону Вашингтона откроет возможности интеграции в глобальные экономические цепочки поставок, что будет способствовать диверсификации внешних торговых связей и снижению зависимости от отдельных центров влияния, подразумевая Россию и Китай. Однако, реальная ситуация говорит об обратном. За годы независимости Кыргызстана торгово-экономические отношения между нашей республикой и США не продемонстрировали динамики в развитии, т.е. их практически нет. Товарооборот между странами в десятки раз ниже, чем товарооборот с Китаем и Россией. Аналогичная картина в сфере инвестиций в экономические или инфраструктурные проекты.

Что особенно важно, в случае форсированного расширения «экономического» взаимодействия с американцами, в части той же добычи критически важного минерального сырья, мы гарантированно получим усиление политического давления со стороны США и обязательства обеспечивать их интересы в регионе, что в свою очередь повысит риск быть вовлеченными в геополитические конфликты между крупными державами. Кстати, недавно мы подписали меморандум о сотрудничестве в медицинской сфере. Приоритетными направлениями, и в этом никто не сомневался, станут СПИД, туберкулез и санитарно-эпидемиологическая ситуация — те сферы, на которых западные транснациональные корпорации десятки лет зарабатывают колоссальные средства. Хочется надеяться на лучшее, но скорее всего наша страна в лучшем случае станет одним из центров, где отмываются многомиллиардные бюджеты, а в худшем случае — полигоном для испытаний новых препаратов. А это уже вопрос нашей национальной безопасности.

Лондон обещает нам инвестиции в горнодобывающую отрасль, т.е. доступ к британскому капиталу. Но здесь тоже нужно понимать, чем такое сотрудничество может быть чревато для Кыргызстана. Безусловно, Великобритания имеет огромный опыт в области управления природными ресурсами и экологии, но насколько этот опыт будет полезен Кыргызстану, учитывая, что британцы, как и американцы не нацелены на экспорт инноваций. Своим «партнерам» из развивающихся стран они, как правило, втюхивают просроченные технологии — по принципу «На тебе Боже, что нам негоже». Т.е. вряд ли стоит рассчитывать, что Британия поможет нам создать высокотехнологичное производство, которое будет способствовать росту нашей национальной экономики. У них другие цели и интересы, по отработанному веками сценарию британцы возьмут на себя роль миссии, которая несет туземцам демократию, взамен вывозя из страны ресурсы. Навязывание Кыргызстану британского (прецедентного) права уже говорит о том, что Великобритания заранее готовит себе пространство для маневров, т.е. создает условия, в которых любые потенциальные споры, касающиеся эксплуатации наших месторождений, будут решаться в пользу империи.

В контексте потенциального расширения сотрудничества с Евросоюзом также можно услышать, что это перспектива привлечения европейских инвестиций и технологий. Однако, здесь ситуация аналогичная с США и Британией. Инвестиций — минимум, давления и насаждения демократии и ставших традиционными для европейцев «нетрадиционных» ценностей — по максимуму. Кто платит, тот и заказывает музыку. А нужна ли нам их «музыка», тем более без развития реальных торгово-экономических связей?

Кыргызстан уже много лет имеет торговые преференции в Европе, однако, это не оказывает серьезного влияние на рост экспорта нашей продукции в страны еврозоны. И дело не столько в стандартизации готовой продукции, сколько в высочайшей конкуренции на европейском рынке, которую наши производители, зачастую, не выдерживают. В последние годы значительно вырос импорт европейских товаров, но этот фактор не оказал значительного влияния на уровень товарооборота между КР с ЕС. Как и в случае с США, он значительно уступает показателям КНР и РФ.

Китай является крупнейшим инвестором и торговым партнером многих стран Центральной Азии. И Кыргызстан в этом плане — не исключение. Здесь можно отметить высокий спрос на ресурсы и продукцию аграрного сектора стран региона со стороны китайского рынка. Однако, что более значимо — это участие КНР в крупных транспортно-логистических и инфраструктурных проектах, чему способствует инициатива «Один пояс — один путь». Вот у кого реально надо перенимать новые технологии. При этом, конечно, не стоит забывать об определенной опасности, которую несет в себе зависимость от китайских кредитов и увеличение долговой нагрузки. Китай, как и положено в первую очередь думает о своей выгоде, безопасности и делает это очень грамотно и тонко. И мы бы могли у них этому поучиться.

В контексте отношений с Россией принято говорить об исторических связях и культурной близости, которая способствуют развитию взаимовыгодного сотрудничества. Но одного фундамента мало. Необходимо с обеих сторон усиливать гуманитарную и идеологическую работу по сближению наших стран. К сожалению, на данный момент в этой части есть очень много проблем, которые необходимо оперативно решать. При этом нельзя забывать, что имеет место ежегодная финансовая поддержка со стороны России, осуществляемая на двустороннем уровне. За последние годы значительно увеличилось количество совместных кыргызско-российских производственных предприятий. Вопреки прогнозам 2022 года, которые давали отдельные экономисты, растет и товарооборот между нашими странами.

Большим плюсом для Кыргызстана является интегрированность в такие крупные проекты, как ОДКБ — гарантия обеспечения безопасности и ЕАЭС — гарантия экономической стабильности. В этой связи было бы логично в качестве приоритетных партнеров и в добывающей сфере рассматривать проверенных союзников по линии Евразийского экономического союза и Шанхайской Организации сотрудничества. Тем более, что в рамках данных объединений есть не только технологический и инвестиционный потенциал, а также емкий рынок сбыта с конкурентными условиями, но и гарантии обеспечения нашего ресурсного суверенитета, чего нам не могут гарантировать западные игроки.

Для успешного развития Кыргызстану необходимо сбалансированно подходить к взаимодействию с различными партнерами, учитывая собственные национальные интересы и долгосрочные цели. Важно укреплять внутреннюю политическую стабильность, привлекая иностранные инвестиции, развивать собственную промышленную базу и тем самым создавать рабочие места. Это крайне важно для сохранения человеческого ресурса нашей страны, а следовательно для укрепления независимости и увеличения политического веса на мировой арене, — резюмировала Е. Строкова.



Экономист, системный аналитик БАКТЫБЕК САИПБАЕВ считает, что «в каком-то смысле нам даже повезло, что появился Трамп. Он обнажил тот факт, что сейчас, во-первых, идет борьба, прежде всего, за не возобновляемые ресурсы, поскольку все большие страны хотели бы их иметь. И во-вторых — борьба за транспортные коридоры».

— Трамп решил захватить лидерство за счет того, что провозгласил США энергетической державой, поэтому ему нужно как можно больше нефти и газа. Кроме того он нацелен развивать и атомную энергетику. Отсюда и все эти разговоры насчет Гренландии и прочих территорий. Тем более Штаты по-прежнему хотят контролировать все морские транспортные коридоры, — отметил эксперт.

По его словам, усиление борьбы будет идти между Вашингтоном, Пекином и Москвой и их союзниками. Европейский союз из этой борьбы, по мнению аналитика, будет выдавлен. Возможно, отдельные европейские государства смогут выжить в этой гонке, но как геополитическое объединение ЕС, скорее всего, не сможет конкурировать с остальными участниками процесса.

— Наш регион — бывшая советская Средняя Азия или как сейчас его глобально называют Центральная Азия, включив сюда и Афганистан, обладает большим запасом ресурсов. Поэтому, хотим мы или нет, нам все равно придется примкнуть к какой-то большой макроэкономической или как их еще называют техноэкономической зоне. Нам, чтобы выжить, нужны источники энергии. И сегодня этот вопрос встал со всей остротой, тем более, что разгоняется тему развития искусственного интеллекта, который требует колоссального количества энергии. В советские времена говорилось о том, что Кыргызстан и Таджикистан имея практически неограниченное количество гидроресурсов для выработки электроэнергии, будут снабжать ею Казахстан и Узбекистан, — напомнил спикер.

Однако с каждым годом усугубляется очень тревожная глобальная тенденция к деградации ледников и нарастающим маловодиям. Соответственно становится понятно, что за счет одной только гидроэнергетики регион не выживет.

— В этой связи одни аналитики говорят, что надо взяться за развитие угольной промышленности и строить тепловые электростанции. Но тут сразу встает вопрос экологической безопасности, сжигание угля очень вредно для окружающей среды. Например, у нас усиленно продвигается проект строительства ТЭС на угольном месторождении Кара-Кече. Здесь важно обратить внимание на два важных нюанса. Во-первых, там бурые угли большой зольности. Такой уголь больше коптит, чем дает энергии, т.к. имеет низкий КПД. Во-вторых, это зона ледников, соответственно экологической обстановке будет нанесен непоправимый ущерб. Кроме того, тянуть оттуда ЛЭП это тоже очень затратно, тем более, что при этом очень много энергии будет теряться. Поэтому я не уверен, что овчинка стоит выделки.

На мой взгляд, Кыргызстану нужно по пути, который сегодня выбирают практически все наши соседи, — атомная энергетика. Бесспорный мировой лидер в атомной электроэнергетике — Росатом сейчас является лидером и в производстве малых атомных электростанций, поставляемых в сборе. Они рассчитаны на такие зоны, где сложно построить большую АЭС. Сейчас такие станции Россия строит в Якутии, их будут строить в Монголии и в Таджикистане. Узбекистан сразу шесть мини АЭС хочет поставить. Казахстан до этого тоже дозревает. Крупная атомная электростанция это заманчиво, но ее строительство займет 10-12 лет, а электроэнергия при растущем населении и развитии промышленности нужна уже сейчас. И я не понимаю, почему наше правительство не идет на то, чтобы поставить в Кыргызстане хотя бы одну-две малые АЭС, — сказал аналитик.

Говоря о переформатировании экономической ситуации в мире, эксперт прогнозирует мировой кризис и крах международной финансовой системы.

— Последние полвека Запад больше развивал услуги в основном в области финансов, в итоге произошел крен мировой экономики в сторону банковского, брокерского, дилерского сектора, тогда как о реальном секторе экономики начали забывать, поскольку западные страны старались вывести основную часть производства за пределы своих территорий. Производственные технологии и деньги вкладывались в тот же Китай, который сегодня стал крупнейшей мастерской мира по производству товаров именно материального свойства. И это стало большой проблемой для США и Европы, поскольку стало очевидно, что назревает глобальная финансовая катастрофа — мировая банковская система скоро лопнет. Выживут только крупнейшие банки, но их гипертрофированная роль будет снижаться.

В мире есть группа сверхбогатых людей. Основная их часть — это потомственная аристократия той же Европы, которая по всему миру скупает земли и месторождения, т.е. реальные материальные активы, поэтому их надвигающийся кризис не сильно затронет, а вот как мы будем выживать — это большой вопрос. Выживать мы сможем только совместно, поэтому я очень надеюсь, что национальный государственный эгоизм отдельных стран той же Средней Азии поубавится, и пойдут реальные интеграционные процессы. Сейчас много говорят на счет союза тюркских государств. Но я там не вижу больших перспектив. Скорее всего, нам придется, хотим мы этого или нет, интегрироваться в той или иной степени с Пекином и с Москвой. Китай, вы сами видите, он всюду проникает и всюду старается продвигать свою концепцию «Один пояс — один путь», хоть и не всегда удачно. КНР вложил больше $70 млрд в Венесуэлу, а в итоге Трамп все отобрал себе, мол, мы будем продавать нефть Китаю по справедливой цене, т.е. с американской маржей.

Поэтому все это показывает, нам надо объединяться, в рамках того же ЕАЭС, который будет расширяться на прагматичной основе. В него никто никого силком не будет тащить, страны будут присоединяться из соображений собственной экономической выгоды. Мы сейчас видим пример той же Армении, которая все тянется в Евросоюз. Фактически же ее экономический рост и развитие связано больше с Россией. Аналогичная ситуация была с Грузией. Саакашвили говорил, да мы с нашей продукцией прекрасно впишемся в европейский рынок, но потом выяснилось, что грузинские вина никому в ЕС не нужны. И сейчас их по-прежнему потребляет в основном Россия. Поэтому грузины, может, ее и не любят, но деваться некуда, развивать экономику нужно, поэтому они продолжают сотрудничать с российской стороной.

Если говорить про горную промышленность, то она требует обеспечения энергетикой, высокими технологиями и финансами. Обеспечит ли нам Запад все эти необходимые компоненты — это очень большой вопрос. Нам нужно стремиться к тому, чтобы самим развивать это направление, а для этого нужны высококвалифицированные специалисты. И поэтому я приветствую, что в Казахстане и Узбекистане открываются филиалы ведущих технических, в основном, российских вузов в области физики, горной добычи, авиастроения. Ближайшие десятилетия будут связаны с нашим фактическим выживанием, но поодиночке мы не выживем. Поэтому я призываю, давайте объединяться и вместе выживать, — подытожил Б. Саипбаев.

В свою очередь экс первый замминистра обороны КР, кандидат философских наук МУРАТ БЕЙШЕНОВ обратил внимание, что в современном мире выживает не сильнейший, а тот, кто лучше умеет приспосабливаться и адаптироваться к новым условиям. Соответственно для Кыргызстана важно адаптироваться к новым реалиям.

— Не ошибается тот, кто ничего не делает. Да, у нас были допущены какие-то промахи в прошлом, которые, возможно, слишком дорого обошлись нашей стране, но сейчас мы можем выстраивать свою работу, учитывая эти ошибки. Я преподаю безопасность, и могу сказать, что принятие ошибочных государственных решений может угрожать безопасности государства не меньше, чем терроризм или экстремизм. Поэтому нам нужна четкая стратегия безопасности — военной, экономической, энергетической и т.д. Не просто какой-то красиво написанный документ, а конкретный план, рабочая пошаговая инструкция, как и какими методами мы будем достигать поставленных целей, — подчеркнул спикер.

А для этого, по его мнению, необходимо растить свои кадры, т.е. нужно заняться обучением и подготовкой специалистов в тех сферах, которые будут особенно активно развиваться в ближайшие десятилетия. А это, прежде всего, энергетика и горнодобывающая отрасль.

— Я считаю, что к обсуждению глобальных вопросов, связанных с экономической, экологической и в целом национальной безопасностью, к каковым, безусловно, относятся вопросы разработки недр и добычи полезных ископаемых, и прежде всего, критически важного минерального сырья, нужно привлекать и экономистов, и геологов, и политологов. Потому что сейчас данная тематика выходит за пределы только экономической плоскости. Принятие решений в данной сфере затрагивает и социальную сферу, и защиту окружающей среды, и вопросы энергетики, и вопросы не просто политического, а геополитического плана.

Критически важное минеральное сырье и доступ к его запасам — это вопрос развития новейших технологий в самых разных сферах, которое в свою очередь будет определять степень лидерства тех или иных центров силы в новом мировом порядке. Поэтому, естественно, геополитические игроки будут серьезно конкурировать друг с другом на этом поле, — резюмировал М. Бейшенов.

Аналогичное мнение высказал замдиректора ИСАП при КРСУ АРСЕН УСЕНОВ.

— Сегодня в мире наблюдается конкуренция больших мировых держав за минеральные ресурсы. В том числе наблюдается конкуренция и в части развития технологий и технологического лидерства. На форуме в Давосе Илон Маск обозначил, что к 2031 году ИИ будет умнее всего человечества. Этот момент важно учитывать, т.к. в этой связи в мире будет возрастать интерес к странам и регионам, которые обладают ресурсами, необходимыми для производства новейших технологий.

Кыргызстан богат ресурсами, у нас имеется практически вся таблица Менделеева, и я согласен, что это вопрос, который напрямую касается наших национальных интересов и национальной безопасности, поэтому к вопросам сотрудничества с разными игроками в данном направлении государственные структуры должны подходить взвешенно, используя научно-аналитическое сопровождение. Причем важно консультироваться не только со специалистами горного дела и экономистами, но и с экспертами в сфере международных отношений и политики, которые будут давать свои рекомендации и выводы относительно вектора мировой геополитики. И только на основании всестороннего анализа принимать решения, — поделился мнением эксперт.

Страны Центральной Азии находятся перед необходимостью включения в глобальные цепочки добавленной стоимости, где решающим фактором становится не только добыча, но и углублённая переработка сырья. Одновременно усиливается внимание к вопросам безопасности — от защиты транспортных артерий до укрепления политической устойчивости. В итоге будущее региона будет зависеть от способности сочетать экономический рост с внутренней стабильностью, превращая внешние вызовы в стимулы для развития.

Автор: Ирина Гасникова
Источник и фото: ЦЭИ «Ой Ордо»